“Цитадель”

Немецкая школа фехтования - это система боевого искусства, бытовавшая в Священной Римской империи высокого средневековья и Ренессанса (с ХIV по XVII вв.). За этот период было создано довольно большое количество фехтовальных книг (Fechtbuch) - иллюстрированных пособий по практическому применению разных видов средневекового оружия, а также борьбе. Книги эти, во многом сходны по содержанию и порядку расположения глав, посвященных разным видам оружия, имеют, однако, некоторые различия из века в век - в них появлялись новые приемы, дополнявшие и развивавшие это искусство. Именно стиль, описанный в этих книгах, назывался в то время «искусством фехтования». Традиционно в перечень описываемого в фехтовальной книге входило: рукопашная борьба, техника колющего ножа (кинжала), меч («бездоспешный» и «доспешный»), древковое оружие и бой с «фехтовальным щитом». Истоки этого искусства лежат, по-видимому, в XII веке, когда были юридически оформлены условия проведения судебных поединков (Божий суд) по Швабскому и Франкскому праву: оба этих права предполагали поединок с «фехтовальным щитом» с тем лишь различием, что по первому к щиту полагалась палица, а по второму – меч.

По-видимому, именно это повлекло возникновение школ подготовки к подобным поединкам, в которых концентрировались знания о борьбе и фехтовании. Есть некоторые сведения и о более ранних системах боевого искусства,

многие из которых, безусловно, наложили свой отпечаток на немецкое фехтование (мастер борьбы Отт, практиковавший при дворе Фридриха II, или кодекс (созданный безымянным монахом из Южной Германии), известный сейчас как 1:33 (посвященный фехтованию с мечом и малым щитом «баклером»).

Однако, наиболее оправдано говорить об отчетливом появлении именно немецкой системы можно с XIV века. Первым известным документально мастером этого стиля является Иоганн Лихтенауэр, которого считают автором окончательного варианта (сформированного им на базе собственных знаний, а также знаний большого количества его учителей) боевого искусства, получившего название «Немецкая школа фехтования» - системы, делающей главный акцент на простоте, скорости и эффективности, и как нельзя более подходящей для ведения смертельного боя. История немецкой школы охватывает примерно 250 лет (8 - 10 поколений мастеров). Первые трактаты были написаны в 70 - 80 годах 14 столетия, по-видимому, учениками Лихтенауэра - Ханко Дёбрингер, Андреас Jud, Йост фон дер Ниссен и Никалаус Прусс, однако большинство этих работ, видимо, утрачены – нам остались лишь работа Дёбрингера «Кодекс 3227а» (практически без иллюстраций) и безымянная работа, созданная около 1389 года («Кодекс Валлерштайн №2»), скорее всего, одним из учеников Лихтенауэра (к сожалению, кодекс не содержит текста, однако изображения практически полностью совпадают с текстовыми описаниями из работы Дёбрингера). Источники крайне редки вплоть до XVвека. С 1410 года появляются: работа Фьёре дей Либери «Флосс дуэлоторум» (цветок поединка), которого можно по многим признакам считать одним из учеников Лихтенауэра (сам Фьёре упоминал, что учился у некого Джованни Лихтенау). Этот манускрипт содержит очень много совпадений с немецким взглядом на фехтование, но также и содержит отчетливо просматривающийся итальянский колорит, являясь, судя по всему, родоначальником итальянского стиля фехтования (во многом родственного немецкому). К середине XVвека существовали уже «Лихтенауэрское общество» во главе с Петером фон Данцигом, а также мастера Зигмунд Рингек и Паулюс Кал, их современником был также известнейший мастер Ханс Талхоффер

(написавший несколько чрезвычайно интересных томов по боевым искусствам), он также возможно был связан с основанием братства святого Марка, впоследствии практически захватившего монополию на преподавание боевых искусств. В конце XVвека известны такие мастера как Иоханнес Лекюхнер, Ханс фон Шпеер, Питер Фолкнер и Ханс Фольц. На рубеже веков известный художник и инженер Альбрехт Дюрер (Леонардо северного Возрождения) так же проявил себя как знаток искусства фехтования (причем особенный акцент в его работе сделан на искусство владения тесаком (фальшоном). С С XVIвека в приемах появляется отклонение в сторону большей спортивности и некоторый отход от сугубо боевого искусства. В это время известны такие мастера, как Ханс Вурм и Йорк Вильальм.

В середине XVIвека появились попытки сохранения и суммирования искусства немецкой школы за несколько столетий (своего рода реконструкции). В частности - Паулюсом Гектором Маиром (Mair), путем невероятных усилий и огромных затрат создавшего огромный иллюстрированный трактат, суммирующий традиции немецкой школы фехтования, чем он оказал неоценимую услугу делу сохранения искусства этой школы для будущих поколений.

Заключительный этап активного функционирования немецкой школы фехтования длится с конца шестнадцатого до начала семнадцатого века. В это время преподают такие мастера, как Иоахим Мейер и Якоб Сутор.

В семнадцатом веке вошла в моду итальянская школа (например, трактат Сальватора Фабриса), немецкие же традиции попали в немилость как старомодные и были забыты.

Иоганнес Лихтенауэр родился около 1310 года на юге Германии. Судя по фамилии, в местечке Лихтенау, хотя точной информации об этом нет. Возможно также в швабском городе Баден Лихтенау, однако пока связей этого городка с фамилией Лихтенау не обнаружено. Искусство свое он зарифмовал стихами, написанными на южно-немецком диалекте. О себе он говорил: «…я узнал, освоил и научу вас фехтованию пешком, верхом на лошади, в доспехах и без.. Я не открыл искусство самостоятельно, все описанное здесь разработано на основе моих путешествий.» Один из его учеников писал - «И прежде всего вы должны знать и понимать, что искусство меча едино… ибо он был изобретен сотни лет назад и является универсальным, для того чтобы понять суть искуства от начала до конца… Основа (ядро) его была полностью понята великим мастером Иоганном Лихтенауэром. Не то чтобы он сам придумал, то, что описано, но он много путешествовал и искал изучения военного искусства в разных странах, потому что всегда хотел учиться как можно больше у честных и справедливых мастеров» (Дебрингер).

Где-то после середины четырнадцатого века Лихтенауэром была собрана группа талантливых мастеров для занятий разными областями боевого искусства (в борьбе, длинном мече, кинжале, копье, и т.д.). Первые тексты были написаны зашифрованным языком, в стихах, для того чтобы предотвратить попадание искусства в чужие руки. Поэтому: «…не каждый, кто слышит, это понимает» - писал мастер фон Данциг. В основу своей системы мастер Иоганн положил приемы боя с длинным мечом. Он использовал это оружие для иллюстрации нескольких общих принципов, которые применял ко всем другим дисциплинам в рамках школы. Использование меча разделялось на просто фехтование (то есть сражение противников без доспехов - «blossfechten») и существенно отличавшееся «боевое», «бронированное» или «военное» фехтование (в котором меч держался хватом одна рука за рукоять, другая за середину лезвия – «укороченно»). Основным для иллюстрации принципов был выбран «blossfechten», длинный меч. Чтобы максимально упростить понимание искусства, мастер вводит пять главных слов (funfWordet), касающихся понятия времени, векторов усилия, и т.д.: «До», «После», «Слабый», «Сильный», «Своевременно». Эти пять слов являются основным ядром искусства мастера Лихтенуэра. Большое внимание мастер уделял также выработке основных принципиально необходимых качеств фехтовальщика:смелости, быстроты, скромности (умеренности), хитрости, и благоразумию – эти добродетели он считал ключевыми в фехтовальном искусстве . В то же время «всякая добродетель может превратиться во зло, без скромности (умеренности)» писал мастер Зигмунд Рингек в комментариях о Fechtbuch(е) Иоганна Лихтенауэра. Уделялось большое внимание работе ног, тактическим основам (предпочтительной считалась атакующая манера боя; вместо простых защит предлагалось сочетать их с контратаками),акцент делался на скорость реакции, а также сбалансированность и здравый смысл:. Причем постоянно подчеркивалось : искусство учит выживать, это не шутка и не игра, и если вы боитесь (например, боли или ранений), то врядли оно вам поможет: «имеющий «унылое» сердце всегда будет побежден, несмотря на все мастерство» (Петер фон Данциг). Это искусство кровавых боев, и оно включает в себя умение направить свое мышление на хладнокровный поиск средств наиболее эффективного уничтожения (убийства) оппонента – «кто ранит, а не убивает - тот сам будет ранен или убит» (Ханко Дебрингер).

Вместе с тем, фехтование как искусство культивировалось и почиталось как одно из высоких и благородных (куртуазных) искусств, наравне с другими шестью «Рыцарскими искусствами»:

- владение копьём и щитом,

- верховая езда,

- искусство охоты,

- плавание,

- игра в шахматы,

- сочинение и исполнение под музыку стихов

Показателен вводный стих Лихтенауэра, часто повторяемый в более поздних рукописях как отголосок классического рыцарства четырнадцатого века:

Jung Ritter lere

Gott lip haben trawen io ere

So wechst dein ere

Uebe Ritterschaft und lere

Kunst dy dich zyret und in krigen sere hofiret

« Молодой рыцарь, научись:

Бога любить, доверять чести,

Так же честь(состоит)

(Оно) вас украсит,и на войне будет чем хвастать».

Р. Максимов, 2011 г.

Использованная литература:

Клементс, Джон. мастера Средневековья и Ренессанса Боевые искусства.Паладин Пресс, 2008. ISBN 978-1-58160-668-3
Хейм, Гансом и Алекс Kiermayer, длинный меч Йоханнеса Лихтенауэра , часть I-DVD-, ISBN 1-891448-20-X
Найт, Дэвид Джеймс и Брайан Хант, Древковое Паулюса Гектор Майр , ISBN 978-1-58160-644-7 (2008)
Линдхольм, Дэвид и Питер Svard, Рыцарские искусства Зигмунд Ringeck о длинный мече , ISBN 1-58160-410-6 (2003) ‘
Шульце, Андре (ред.), Mittelalterliche Kampfesweisen - Майнц-Рейне. : Zabern
том 1: Das Ланге Schwert 2006 года. - ISBN 3-8053-3652-7
том 2, Kriegshammer, Шильд унд Kolben 2007 года. - ISBN 3-8053-3736-1
том 3: Scheibendolch унд Stechschild 2007 года. - ISBN 978-3-8053-3750-2
Томас, Майкл Г., Руководство по длинному мечу , ISBN 978-1-906512-00-2 (2008)
Тоблер, Кристиан Генрих, немецкой длинный меч , ISBN 1-891448-24-2 (2004)
Тоблер, Кристиан Генрих, секреты немецкого средневекового фехтования (2001), ISBN 1-891448-07-2 “
Тоблер, Кристиан Генрих, Антология средневековой немецкой боевых искусств(2010), ISBN 978-0-9825911-1-6

 Ханко Döbringer Fechtbuch

Master Sigmund Ringeck’s Commentaries on Johann Liechtenauer’s Fechtbuch - c. 1389 to 1440

Материалы взяты со страницы клуба “Хранители” г. Белгород:
http://mmkhraniteli.ucoz.com/

Материалы взяты со страницы клуба “Хранители” г. Белгород:
http://mmkhraniteli.ucoz.com/

В 14 веке рыцарский щит по прежнему играл немаловажную роль в защитном снаряжении всадника, и поскольку его противниками являлись такие же всадники, главным оружием которых было копье, то правильное положение щита (приспособленное для наиболее эффективного отражения копейного удара) являлось в случае столкновения в бою, одним из решающих факторов победы.
Изобразительные источники часто демонстрируют рыцарей, сражающихся на копьях, щит которых подвешен таким образом, чтобы прикрыть хозяина от области подбородка до пояса или еще ниже, в зависимости от длины щита.
В ходе практических исследований нами было подтверждено, что таким образом действительно достигается наибольшая степень защиты. Копье противника при попадании часто соскальзывает в сторону за счет люфта в горизонтальной плоскости. При соскальзывании вверх острие чаще всего проходит вскользь по шлему не грозя при этом соскочить в слабо защищенную область шеи. При использовании сложно выгнутого щита (тарча), который появился на территории Священной Римской Империи, по-видимому, раньше чем где бы то ни было, вероятность благополучного исхода дополнительно увеличивается. Поскольку щит изогнут более чем в одной плоскости копье не соскальзывает вверх, даже если удар пришелся в верхний край тарча. Изогнутость же нижнего края создает дополнительные удобства для защиты руки, держащей поводья, совершенно не мешая управлять лошадью.

Правильное положение щита достигается главным образом регулировкой ремня, за счет которого он фиксируется на шее (что подтверждает первостепенное значение этого ремня не раз упоминаемое в текстах средних веков), при этом рука может как быть продетой в одну или несколько лямок щита, так и быть совершенно свободной от них, что позволяет при надобности без особых усилий закинуть тарч за спину, чтобы, к примеру, отбросив сломанное копье, взяться за меч двумя руками. Подобное положение щита прослеживается повсеместно и даже зачастую остается таковым и у спешившихся рыцарей, исключая, пожалуй лишь те случаи когда шит держат в вытянутой левой руке «кулачным» хватом, подобно баклеру.
Теперь о грустном, совсем печальную картину мы часто видим в мире отечественной исторической реконструкции. Щит болтается на руке всадников как попало, зачастую скорее мешая управлять лошадью, чем обеспечивая должную степень защиты. На приведенной фотографии мы видим человека перед копейной атакой, в ходе которой если копье противника попадет в верхний край щита, он, провернувшись в вертикальной плоскости, сбросит его прямо в горло, принеся с собою тяжелую травму или смерть.

Так что желаю всем, в рамках описанного, серьезного отношения к реконструкции и средневековья и надеюсь эти маленькие советы помогут кому-то в его исторических изысканиях

Попов Р.В.

Максимов Р.И.

Р.И. Максимов 

Определим серьезный бой как столкновение хорошо тренированных противников, обученных убивать. Первым его признаком на холодном оружии является мощный бросок на (в) противника всем корпусом, имеющий целью пронзить его жизненно важный орган как можно глубже. Подобный элемент отчетливо виден на множестве изображений, начиная с древнейших времен, например, в Греции, и заканчивая позднейшими трудами по фехтованию. Также он часто отчетливо присутствует в серьезных спортивных поединках в наши дни, исключая некоторые основные принципы – а главное, принцип как можно скорее и эффективнее поразить противника. Все остальное в искусстве боя на различных видах холодного оружия неразрывно связано с формой и особенностями конкретного оружия (чем тяжелее оружие, тем менее выражен этот бросок – например, алебарда и т. п.).

Ни один удар в серьезном поединке не может быть направлен иначе, как в жизненно важный орган противника. Поступивший по-другому будет немедленно убит, поскольку, пока вы заняты не очень значительным органом – скажем, пальцем противника – вы получите серьезное поражение в жизненно важный орган. Поэтому все мелкие травмы в серьезном поединке происходят или по случайности, или в короткие моменты после нанесения акцентированного удара.
Искусство фехтования, как искусство, рождается лишь в столкновении двоих, хорошо умеющих убивать. Отсюда, а не наоборот, возникают сложные позиции и финты. Изучать же сложные позиции и финты, без умения и стремления быстро, эффективно и решительно устранять оппонента – бессмысленное занятие.
Результат такого подхода – пустое позерство, полностью оторванное от реального боя на холодном оружии, похожее на стиль зеков “попишу”… Данный стиль совершенно очевидно служит средством запугивания противника, а не серьезной попыткой его убить.
Еще один признак серьезного боя _ экономичность движений: профессиональный боец никогда не станет тратить энергию на лишние, беспорядочные движения. И еще: “когда противники настроены серьезно, бой длится недолго” (Альфред Хаттон).
Позднее фехтование (после XVII века) обременено массой условностей, делающих его скорее неким ритуалом, этикетом, чем серьезным боем, при этом ставкой в этой игре становится жизнь – игре, идущей по неожиданным, искусственно придуманным правилам. Соответственно меняются цели – вместо цели поразить противника быстро и рационально, появляется цель порисоваться, соблюдя все ритуалы. На это же и направлены большинство правил поздних поединков, как то: ночью с фонарями, “карусель”, стрельба через платок и т.д. Разговоры о “высоком искусстве” в таком виде поединков адекватны разговорам о “высоком искусстве” в “русской рулетке”.
В серьезном же бою ни о каких искусственно изобретенных правилах не может быть и речи, кроме законов, определенных самой природой.
Так же, как выпивание полного бокала вина залпом – русский вариант 90-х годов “20 лет спустя” – свидетельствует о привычке пить водку, а не вино, так и бой, проходящий без серьезных бросков на противника, когда большая часть клинка при промахе оказывается за ним, свидетельствует о нежелании противников драться. Об этом же свидетельствует большое количество мелких ударов, наносимых не полностью выпрямленной в локте рукой. Широкие размашистые удары, отмахи свидетельствуют или о неумении обращаться с оружием, или о страхе и усталости противника, т.к. “разбалтывают” боевую позицию и заставляют делающего их “открываться”. Об усталости или неумении говорят также пошатывания, неуверенная поступь и дробные, сбивчивые шаги при перемещении.
Большинство хроникально зафиксированных серьезных поединков были безыскусны и совершенно не романтичны.
Современное кинофехтование настолько же “реально”, как и “киношное” вставание солдата во весь рост и долгое “поливание” противника из автомата. Истоки этой ошибки (и не только что касаемо фехтования!) таковы. Когда умирает реальность, рождается мифология, и новая логика рождается уже из нее, из мифологии. Чтобы избежать этого, нужно исходить из реальности (источники - хроники, мемуары, восстановление исторической психологии, среды и т.д.).
Сегодняшние попытки реконструкции средневекового фехтования начались “не с того конца” – многие стремятся воссоздать именно финты и позиции, не понимая первопричины их появления. Неудивительно, что результат не выдерживает никакой критики, не говоря уже о самовыдуманных системах.
Материалы взяты со страницы клуба “Хранители” г. Белгород:
http://mmkhraniteli.ucoz.com/